УЛИЦКАЯ Людмила

  10-08-2021

                                      Казус Кукоцкого.

Павел Алексеевич Кукоцкий — талантливый ученый, врач-гинеколог. Любимая жена, любимая дочь. Но дочь, учась на биофаке, разочаровывается в профессии, не хочет приносить пользу науке и уходит в гламурную жизнь. Тяжелая блезнь жены Елены, смерть дочери — и на этом фоне спокойная и размеренная жизнь удочерённой одноклассницы дочери. Отдельная тема — дневниковые записи Елены. Действующие лица не остаются также в стороне от политических событий в стране во второй половине ХХ века.

«Состояние бессилия и тоски было таким тяжелым, таким противоположным жизни, что я догадалась – это и есть смерть. Как только я об этом подумала, я увидела себя на задах нашего тропаревского дома, ярким летним днем, в бликах солнца и тени. Большой поваленный недавним ураганом тополь лежал поперек дорожки, и я шла по нему, перешагивая через обломанные сучки, соскальзывая с влажного ствола, и вдыхала сильный запах увядающей листвы. Все слегка пружинило, и ствол под моим малым весом, и пласты подсыхающей листвы. Сон наоборот, отсюда туда» (Л. Улицкая).

                                      Лестница Якова. 

Семейная сага, начало которой дал интеллектуальный и музыкальный еврей Яков, а заканчивается сага его внучкой, театральным художником Норой и её сыном-тунеядцем Юриком. Время повествования — с конца XIX века до конца ХХ века. Характеризующая сюжет цитата? Пожалуй, эта:

«Толстой? Да! Крейцерова соната? Нет, Анна Каренина! О, да! Достоевский? Конечно! «Бесы»! Нет, «Преступление и наказание»! Ибсен! Гамсун! Виктория! Голод! Ницше! Вчера! Далькроз? Кто? Не знаю! Рахманинов! Ах, Рахманинов! Бетховен! Конечно! Дебюсси? А Глиер? Великолепно! Чехов? Дымов? Короленко! Кто? И я! Но «Капитанская дочка»! Какое счастье! ... Еврейское? Шолом Алейхем? ... Нет, Блок, Блок! Надсон? Гиппиус! Никогда! Совсем, совсем не знаю! О, это надо, надо! История античности! Да, греки, греки! … В церкви! Тайна! Мария! Младенец! Да! … Да, мой Николай! Николай! Я к нему иногда обращаюсь! О да! Нет, какое крещенье! Нет! Зачем? Это связь! ... Авраам и Исаак! Ужасно! Но крест! Но знак! Но кровь! … Царь Давид?» (Л. Улицкая).